Русская православная церковь Церковь Преображения Господня English Version
Балтимор, США Церковь Преображения Господня
Православная библиотечка
Христианское учение
Господь Иисус Христос
Богоматерь
Жития святых
Христианская семья
Таинства
Наука и религия
Ангельский мир
Царственные мученики
Moлитвы
Современная жизнь
Храм и церковные службы

Духовная поэзияПреображениеЦерковный хорБогослуженияНаша церковьСтраничка настоятеля
ХРИСТИАНСКОЕ УЧЕНИЕ ХРИСТИАНСКОЕ УЧЕНИЕ
Вернуться к списку
О вере

Основы православного вероучения

I. О Боге в Самом Себе, как Едином по Существу

Обращаясь к разбору первого догмата, о Боге в Самом Себе, скажем несколько слов о границах или степени возможного для человека познания Бога.

Послушаем что сама Церковь говорит о границах нашего познания Бога.

Полное познание Бога невозможно. Частичное же познание Бога постольку, поскольку Он Сам Себя открыл человеку, не только возможно, но и должно. Да оно и понятно. Если мы не можем понять совершенно близкого человека, то как же мы можем охватить своим малым, ограниченным умом Бесконечное и Абсолютное Начало, т.е. Бога в Самом Себе, в Его исключительной Божественной сущности?

Истина непостижимости сущности Божества во всей полноте подтверждается многочисленнейшими свидетельствами Слова Божия. Через весь Ветхий и Новый Завет золотой нитью проходит предупреждение горделивому уму человеческому,что полное познание Бога только у Самого Бога, ибо «Бог во свете живет неприступном, Его никто от человек не видел и не может видеть», как говорит Апостол Павел (1 Тим. 6, 16).

Отцы Церкви на основании здравого смысла доказывали непостижимость Божественной сущности. Как глаза наши не могут выдержать солнечного света, так и ум наш не может увидеть Лицо Божие и остаться живым. Наше ограниченное духовное око, да еще омраченное грехом, не может вполне воспринимать лучи Божественного Света, исходящего от Его Божественной сущности. Да если бы Бог был постигнут конечным существом, то Он уже не был бы Бесконечным. Но ни в одном самом богатейшем языке мира нет такого слова, чтобы им, одним этим словом, можно бы было определить сущность Божества, Его Божественную природу.

Однако, если бы частичное познание Бога было бы для нас невозможно, то суетна была бы и проповедь Евангельская. «Для нашего блага и спасения довольно того, если мы знаем Бога Единого, Сущего, Вечного»,– говорит св. Кирилл Иерусалимский.

Удивительно точное определение границ познания Бога человеком дает Апостол Павел. Невидимого Бога мы видим «как в зеркале, в гадании». Что это значит? Бога мы видим как в зеркале, т.е. Его отражение в зеркале созданного Им мира, а не лицом к лицу, как мы видим другие предметы. Но в зеркале все-таки можно узнать предмет, а Бога мы видим хотя и в зеркале, но в «гадании», т.е. неясно, сумрачно, в виде загадки, которую надо еще разгадывать. Отсюда, говорит Апостол Павел, наше познание Бога частичное, несовершенное. В познании Бога «мы верою ходим, а не видением».

Непостижимый по существу Своему Бог Сам благоволил открыть Себя в созданном Им мире, в котором так ясно отражена Его «присносущная сила и Божество» (Рим 1, 20). Особенно же открыл Себя Бог в сверхъестественном откровении Ветхого и Нового Завета. Едва ли не самым кратким выражением сути познания Бога в Самом Себе являются слова св. Афанасия Великого: «Вера вселенская сия есть: да Единого Бога в Троице и Троицу в Единице почитаем, ниже сливающе ипостаси, ниже существо разделяюще». Таким образом, учение о Боге в Самом Себе распадается на два частных догмата: (1) о Боге, Едином в Существе и (2) о Боге, Троичном в Лицах. Сосредоточимся же сперва на учении о Единстве Божием.

Бог Един, но не в том смысле, как каждая вещь в ряду других вещей одного рода. Ведь в таком смысле каждый языческий бог мог бы быть назван единым. Единство же Истинного Бога точнее означает Единственность.

«Когда мы говорим, что Восточная Церковь верует в Единого Бога, Отца, Вседержителя, то надобно разуметь здесь, что Он именуется Единым не по числу, но всецело» – как говорит св. Климент Александрийский. Нет другого Бога, ни равного, ни высшего, ни нисшего, а есть Он Единственный Бог. И если на заре человечества, в младенческий период развития ума человеческого, люди считали приемлемым для себя верить во многих богов, то в откровении Ветхого Завета уже ярко подчеркивалось Единство Божие. Когда иудеи впадали в идолопоклонство, Бог снова напоминал им о Своем Единстве: «Я есмь Господь Бог, Я есмь первый, кроме Меня нет Бога».

Даже многобожники-язычники, сами того не замечая, сохранили в своих верованиях мысль о Едином Высшем Существе, считая всех своих богов нисшими и подчиняя их Высшему Неведомому Богу. Святой Апостол Павел свою знаменитую речь в афинском ареопаге начал повествованием о том, как он, проходя по городу, среди многочисленных идолов заметил жертвенник Неведомому Богу. «Вот этого-то Бога, – так начал свою речь Апостол Павел, – Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам» (Деян. 17, 22-23).

Рассматривая видимый мир, отцы Церкви и в самом устройстве мира видели отражение Единого Творца, ибо мир тоже один. В устройстве всех его частей, больших и малых, замечается единство и гармония, где все течет по определенным законам, стремится к определенным целям, одно поддерживается другим и все содействует благу и порядку единого целого, а это и свидетельствует о Единстве его Строителя и Управителя.

II. О Боге, Троичном в Лицах

Христианское учение о Боге в Самом Себе далеко не исчерпывается учением о Боге, Едином по Существу. До понятия об Единстве Бога доходили выдающиеся мыслители глубокой, до-христианской древности; в Единого Бога веруют иудеи, магометане, многие философские системы и все инославные, а не только православные христиане. Из Откровения мы более подробно узнаем о жизни Бога в Самом Себе. Нам открывается совершенно недостижимый нашей логикой догмат о Пресвятой Животворящей и Нераздельной Троице. Учение о Троичности Лиц в Боге – это самый коренной догмат подлинного и полноценного вселенского христианства. Тайна Пресвятой Троицы – это сердце всей христианской догматики; это основа домостроительства спасения рода человеческого. Если догмат о воплощении Сына Божия св. Апостол Павел называет великой тайной, то догмат о Троичности Лиц в Боге есть таинство всех таинств.

Учение о Пресвятой Троице – это исключительно христианский догмат, додуматься до которого никогда не могла ни одна философская система, ни одна религия в мире. Это служит неоспоримым доказательством, что христианская религия не есть результат собственного философского мышления. Это религия сверхъестественного происхождения. Только Сам Бог мог открыть эту непостижимую, но действительную истину о Самом Себе, в Его исключительной Божественной жизни. В самом деле, разве человек мог выдумать то, что он не может объять своим разумом, не может понять, как это в Одном Боге Три Лица. Причем, каждое Лицо есть Бог: и Отец есть Бог, и Сын есть Бог, и Дух Святой есть Бог. Однако, не три Бога, но Един Бог. Много усилий было сделано горделивым умом человечека, чтобы проникнуть в постижение тайны о Пресвятой Троице, но все эти попытки, по мнению Блаженного Агустина, напоминают попытку ребенка, захотевшего «железной банкой вычерпать море и вылить его на сушу».

Мы не удивляемся, когда этот догмат отрицают рационалисты и вольнодумцы, базирующиеся только на своем естественном логическом мышлении, не признавая при этом никакого Божественного авторитета в Священном Писании. Но совершенно непонятно, почему некоторые инославные христиане, признающие Богооткровенное происхождение св. Библии, отрицают догмат Троичности Лиц в Боге, несмотря на многочисленные свидетельства Слова Божия о тайне Пресвятой Троицы.

Правда, учение о Троичности Лиц Божества, открытое со всей ясностью в Новом Завете, открыто несколько прикровенно в Ветхом Завете.

Это потому, что Господь, как говорят святые отцы, постепенно подготовлял ограниченный, да еще поврежденный грехом, ум человеческий к познанию Бога в Самом Себе. В древности открытое учение о Троичности Лиц в Боге могло быть истолковано в пользу многобожия, к которому были склонны не только язычники, но и Богоизбранный народ иудейский, не раз впадавший в идолопоклонство даже при всей ясности открытого ему учения о Единстве Бога. Весьма знаменательно, что в самые важные моменты Библейской истории мы находим уже в Ветхом Завете ясное указание на Троичность Лиц в Едином по Существу Боге. Перед сотворением человека происходит совет во Святой Троице: «И сказал Бог, сотворим (множ. число) человека по образу Нашему и по подобию», а дальше Бытописатель продолжает: «и сотвори (уже един. число) Бог человека, по образу Божию сотвори его» (Бытие 1, 26-27).

Перед смешением языков и рассеянием людей после столпотворения вавилонского, читаем: «И сказал Господь, придите и сойдя смесим языки их», а дальше читаем: «И смесил Господь и рассеял их оттуда по лицу всей земли» (Быт. 11, 7-8). Таким образом, к Кому относится сотворим, смесим, к Тому же относится и сотворил, смесил. «Видите ли, – говорит Блаженный Августин, – Авраам увидел трех, а поклоняется Единому. Увидев трех, он уразумел таинство Святой Троицы, а поклоняясь Единому, он исповедал Единого Бога в Трех Лицах».

Что же касается Нового Завета, то в нем дано уже целое множество свидетельств о Троичности Лиц в Боге. Спаситель отправляет на проповедь Своих учеников, чтобы они научили «вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19). В Крещении Господнем открыто является людям Святая Троица: Бог Сын крестится в Иордане, Бог Отец подает голос свыше, а Бог Дух Святой сходит с небес в виде голубя. Святой Иоанн Богослов со всей ясностью подчеркивает Троичность Лиц Божества при Единстве Их Сущности: «Трое свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святой Дух; и эти трое суть едины».

Учение о Троичности Лиц в Боге единогласно подтверждается святыми отцами различных времен: учителями первого века (св. Апостолы, св. Климент Римский, Игнатий Богоносец), второго века (св. Иустиниан, Афинагор), третьего века (Климент Александрийский, Ориген). В сохранившихся актах мучеников запечатлено их предсмертное исповедание Пресвятой Троицы. В древнейших символах веры (иерусалимском, римском, кесарийском, в символах Афанасия Великого) мы находим точнейшее изложение этого труднейшего догмата Церкви.

Преклоняясь перед непостижимым, но ясно открытым человеку догматом Троичности Лиц в Боге, мы позволяем себе думать, что Богу угодно было открыть человеку этот догмат,чтобы помочь ему иметь хотя бы самое слабое представление о жизни Бога в Самом Себе. В этом догмате мы узнаем, что у Бога есть Своя, исключительно Божественная жизнь вне отношения Его к созданному миру. Неведомая для нас вся полнота внутренней жизни Бога в Его триипостасном Существе постигается нами в этом догмате как совершенная, неисчерпаемая Божественная Любовь. Через тайну Троичности становится нам более понятной и тайна воплощения Сына Божия и сошествия Святого Духа на Апостолов. Получается законченное, стройное христианское мировоззрение, какого не найти ни в одной другой религии.

Через тайну Троичности раскрывается, что Бог есть Любовь. Эта Любовь Божия проявилась не только в творении и промышлении о мире, но в своей совершеннейшей и безграничной полноте она вечно пребывает в самом лоне Божества. В Боге от вечности была жизнь неисчерпаемой любви, вечное общение святой любви Отца, Сына и Святого Духа.

О, как мы должны радоваться, что Господь открыл нам этот догмат! Христианский Бог Един, точнее Единственный во всей вселенной; но не одинок! Отца и Сына и Святого Духа, троицу Единосущную и Нераздельную прославляет вселенская Христова Церковь! Видехом свет истинный, прияхом Духа Небесного, обретохом веру истинную, нераздельней Троице покланяемся, Та бо нас спасла есть (стихира из службы на Троицу, поемая за каждой литургией).


БОГ
БОГ

III. О Творении Невидимого или Ангельского Мира

Единый Триипостасный Бог, обладая абсолютной полнотой всех совершенных качеств для вечной славы и блаженства в Своей исключительно Божественной жизни, мог и не создавать мир и человека. Но будучи бесконечно благим и любвеобильным, Бог, по Своему изволению, восхотел вызвать из небытия в бытие всю Вселенную, т.е. силой Своего могущественного слова (да будет!) создал из ничего мир и человека, и с тех пор непрестанно промышляет о Своем творении.

Прежде всего, Своей Божественной мыслью Бог создал из ничего, т.е. не из чего-нибудь, мир невидимый, силы небесные, постоянных песнопевцев Его Божественной славы. Этот так называемый «умный мир», ангельский, по данной ему благодати всегда и во всем предан Божественной воле. Самое имя «ангел» по учению Церкви указывает не на природу, а на должность этих посланников Божиих. Ангелы суть разумные, духовные существа, отличные от Бога и от человека, и при том существа действительные, а не воображаемые. По природе своей ангелы суть духи; если они и являются иногда в чувственных или телесных образах людям, то этот образ принимают они для явления человеку. То же самое можно сказать и о языке (речи) небесных посланников, которую нельзя понимать буквально и вещественно. Бесплотный мир ангельский представляется в Св. Писании необычайно великим по числу. И ветхозаветный Тайнозритель пророк Даниил и новозаветный Тайнозритель апостол Иоанн Богослов созерцали как «тысячи тысяч» служили Ветхому деньми и сидящему на престоле, и как «тьмы тем предстояли Ему». Однако в этом многочисленном мире ангельском существуют подразделения или степени. Деление ангелов на девять ликов Св. Церковь основывает на том, что все эти имена упоминаются в Св. Писании. Церковь разделяет весь невидимый мир на девять ликов, с подразделением их на три чина, по три лика в каждом, а именно: первый чин, как самый близкий к Богу – престолы, херувимы, серафимы; второй чин – власти, господства, силы; третий чин – начала, архангелы, ангелы.

Сотворив мир невидимый, Господь из ничего создал потом мир видимый или вещественный и, наконец, человека. Этот «венец творения», как состоящий из невидимой разумной души и вещественного тела, носит в себе образ видимого и невидимого миров.

Православное учение, основанное на Божественном Откровении, о происхождении всего существующего вне Бога, вызванного из небытия творческим актом Всемогущего Бога, трудно было понять мудрым мира сего. И древние и новые мудрецы впадали в глубокие заблуждения в своем учении о происхождении мира. Одни из них признавали, что мир вечен; другие учили об «истечении» мира из Бога; третьи верили, что мир образовался сам собой, в силу какого-то слепого случая, из вечного хаоса, т.е. из якобы вечно существующей массы атомов; четвертые утверждали, что Бог создал мир из «со-вечной Ему материи». Никто из них не мог возвыситься до понятия о происхождении мира силой Всемогущего Бога, как Первопричины всего существующего. Появлялись и во времена христианские такие вольнодумцы, которые стали учить о сотворении вещественного мира ангелами из вечной материи и без ведома Бога. Еретики манихеи додумались до сотворения мира злым началом – диаволом.

Идеи вечности Бога и временности мира, а также сотворение мира из ничего истинно-культурные люди постигают не только чувством, но и логикой. Именно эта логика никак не позволяет нам объяснять происхождение мира в силу слепого случая, без всякой причины. Все в мире имеет свою причину. Вот разум-то наш не интуитивно только, но и логически, честно размышляя, доходит до признания такой Первопричины мира, которая, не будучи следствием другой причины, в себе заключает и свою причину всего существующего. Это-то Высочайшее и Абсолютное Существо и есть Истинный Бог и Творец мира. Что легче для нас – приписать всю красоту, порядок и гармонию в мире высшей разумной Первопричине или же слепому случаю сцепления атомов? Пусть сторонники Канто-Лапласовской теории утешают себя тем, что «образовавшиеся и уплотнившиеся центры от неизвестного (!) толчка пришли в вихреобразное вращение и... образовали мир». Пусть успокаивают они свою любознательность «вечно существующей раскаленной туманностью», откуда «пошла вся вселенная», а мы, преклоняясь перед высшей разумной Первопричиной всей вселенной, будем радостно прославлять Присносущную Силу Его и Божество.

Напрасно сомневающиеся в бытии Божием безбожники ждут, пока наука скажет им окончательно: есть Бог, или Его нет. Науки естественные и прикладные не занимаются вопросами о Боге. Это не их специальность. Как известно, науки прикладные и естественные все внимание уделяют изучению уже существующего, окружающего нас мира и тех законов, которым этот мир и жизнь в нем подчиняется. Если нас, людей верующих, интересует вопрос, как образовался мир, то науку интересует как лучше назвать, определить эту первобытную мировую материю или энергию, каким законам подчиняется эта материя или энергия. Именно логика неумолимо требует также и от ученых, когда они начинают углубляться в богословско-религиозные размышления, признать что Первопричина мира есть Премудрое Начало, Личное и Сознательное. Только тогда все в мире становится понятным и объяснимым.

Ошибаются пантеисты, хотя и признающие Первопричину (Бога) в мире, но утверждающие, что эта Первопричина творила бессознательно. К такому заключению пришли пантеисты-пессимисты, как Гартман и Шопенгауэр. Эти и подобные философы говорят, что первопричина могла бессознательно проявлять целесообразные силы в устройстве вселенной так же, как животные бессознательно выполняют целый ряд целесообразных функций. Но для здравого смысла гораздо легче допустить, что природа потому и действует целесообразно, хотя и бессознательно, что своим устройством, с вложенными в нее законами, она обязана Сознательной Сущности. Гораздо логичней между Богом и природой провести ту же параллель, то же взаимоотношение, которое существует между человеком и созданной им бессознательной, но целесообразно работающей машиной. Если же разумно и логично признать существование Личного Сознательного Бога, то вполне логично допустить и целесообразность сверхъестественного Божественного Откровения и религии, как живого союза Личного Бога с разумно-свободным, созданным Им по образу и подобию Божию, человеком. Только в Божественном Откровении мы находим ответы на все вопросы пытливого ума человеческого, на которые не дает нам ответа ни наука, ни философия. Это из Откровения мы узнаем, что зло в мире – результат падения некоторых ангелов и первобытного человека, вышедших из рук Творца чистыми и невинными, но через гордыню и злоупотребление своей свободной волей нарушивших первоначальную мировую гармонию. Только из Откровения мы узнаем о личной жизни Творца вселенной – совершенно непостижимый нашей логикой догмат о Пресвятой, Единосущной, Животворящей и Нераздельной Троице, или о тройческом единстве Бога в Самом Себе.

Бог есть не только Творец, но Вседержитель и Промыслитель. Он печется о всех существах мира, а это заключается в сохранении тварей, содействии им и управлении ими. Сохранение – это такое действие промысла Божия, когда Всемогущий содержит в бытии весь мир и все частные существа, в нем находящиеся, с их силами, законами и деятельностью. Содействие – это такой действие, которое Всеблагий проявляет по отношению к свободно-разумным тварям, помогая им, когда они свободно избирают и творят доброе. Когда же творят злое – то только попускает. Управление – это такое действие, которым Промыслитель направляет жизнь тварей к предназначенным целям, обращая иногда самые их дела к добрым последствиям. Промысел Божий, по точному смыслу Слова Божия и учению отцов Церкви, разделяется на общий, обо всем мире, и частный, о каждом частном существе. «Как может не радеть о Своей твари Тот, Кто по Своей бесконечной благости создал мир?» – говорит Блаженный Феодорит. Как Всемогущему и Вездесущему, Богу не стоит ни малейшего труда промышлять о Своем творении. Без промысла Божия не было бы изумительного порядка, и мир, носимый случаем, как вихрем корабль, должен был бы превратиться в первобытный хаос и неустройство. «Будучи вызван из ничтожества, он (мир) не мог бы существовать сам собою», – говорят Афанасий Великий и Кирилл Александрийский. Кто отвергает промысел Божий, тот отвергает и Самого Бога, говорят святые отцы. Хотя промысел Божий объемлет весь мир, однако свобода духовно-разумных существ этим не нарушается, а разные виды зла не делают нарекания на Мироправителя. Вот почему так называемый деизм, или философское направление признающее Бога-Творца, но отрицающее промысел Божий в мире, совершенно отвергается Церковью.


IV. О Творении Мира Вещественного и Человека

Во всем св. Писании Один Бог называется вечным, а мир нигде не называется Ему со-вечным. «Все существа, – говорит св. Иоанн Дамаскин, – сотворены. Если же сотворены, то изменяемы. Кто же не согласится с тем, что все в мире подлежит переменам?»

Православная Церковь, как чадолюбивая Мать желая оградить верных чад своих от разного рода умствований, ведущих к ложному пониманию происхождения мира, на основании Слова Божия поучает нас, что в творении мира вещественного нужно различать два периода: (1) творение в собственном смысле слова, т.е. творение самого первобытного мирового вещества, и (2) преобразование этого готового, но не устроенного вещества в стройную систему мироздания.

Православная Церковь верует, что Бытописатель Моисей повествует о творении всей вселенной, а не одной только нашей планеты Земли. Моисей изображает не только геогению (образование Земли), но и космогению (образование вселенной).

Говоря о происхождении неба и земли, Моисей как бы мимоходом, поскольку это имеет отношение к земле, касается неба, а затем переходит к подробному повествованию об устроении Земли со всеми ее обитателями, во главе с венцом творения – человеком.

Всемогущий и Всеблагой Создатель участвует Сам непосредственно не только в первом творении самого вещества, но и в образовании всего мира в шесть дней.

Веруя, что Всемогущий Бог Своей сверхъестественной силой мог бы сотворить вселенную не только в шесть дней, но и в одно мгновение, Бытописатель Моисей под именем шести дней творения разумеет обыкновенные дни, определяя их начало и конец вечером и утром: «И был вечер, и было утро: день один». Изображая шестодневное творение мира не по законам естественного развития или эволюции, а сверхъестественной силой Творца, Моисей о всех высоких действиях Премудрого Творца говорит применительно к общечеловеческому пониманию, просто повествуя о разных предметах физического мира так, как они являются перед глазами наблюдателя, а не как они известны ученым. Моисей рассказывает о творении мира не как ученый естественник, а как мудрый учитель веры. Для него важна принципиальная сторона событий, а не детали, которыми могут интересоваться естественные науки. У Моисея нет научных терминов. Для него важно знать и сказать для назидания всем верующим, что мир сотворен из ничего, что все вызвано из небытия к бытию силою Всемогущего Бога. И да будет всем известно, что большинство ученых считали и считают, что Природа и Библия – две книги, написанные Богом и предложенные для чтения человеку, как произведения Одного Автора. В вопросе о происхождении мира между Библией и наукой нет принципиального противоречия. Так рассуждали великие представители науки (Ньютон, Кеплер, Коперник, Галилей, Фехнер, Либих, Ломоносов, Пастер, Рентген, Менделеев и так далее, без конца). Русский ученый зоолог и антрополог Бэр и американский естествоиспытатель Даусон авторитетно заявляют, что ничего нам не завещано от древних времен более возвышенного, чем Библейское учение о творении мира. Если ученые находят возможным совместить веру и знание, если они к Св. Библии всегда относились и теперь относятся с уважением, как к рассказу изумительному не только в смысле религиозном, но и чисто научном, то не свидетельствует ли это о том, что мнимые противоречия в принципиально-кардинальных вопросах о происхождении мира по Библии и по науке возникают у тех, кто не знает ни науки, ни Библии?

Чтобы успокоить чрезмерных поклонников науки и показать им, что по мере развития науки мнимая пропасть противоречий между Библией и наукой не увеличивается, а сглаживается, попытаемся сравнить эти два источника познания о происхождении мира.

Все научные гипотезы о происхождении мира повествуют, что (1) газообразные, раскаленные туманности, при постоянном движении и вследствие большого удельного веса некоторых частиц, притягивающих к себе легкие частицы, образовали центры; (2) от неизвестного (?) толчка эти центры пришли в вихреобразное вращение; (3) из уплотнившейся туманности, вследствие центростремительной силы, образовалось ядро, ставшее солнцем; (4) оторвавшиеся от центрального ядра раскаленные шары превратились в планеты; (5) газообразное вещество потом превратилось в огненно-жидкое, а затем в твердое, и (6) тогда постепенно стала зарождаться жизнь... Спрашивается, противоречат ли по существу эти стройные, красивые теории и гипотезы Библейскому рассказу о происхождении мира? Конечно нет. Библия говорит: мир во всей его настоящей красоте и порядке произошел не сразу, не в один миг, а в шесть дней. И наука говорит, что мир образовался не сразу. Для успокоения же тех, кто хотел бы под днями творения разуметь периоды, а не обыкновенные наши дни, некоторые богословы допускают мысль, что, быть может, дни творения и не следует понимать буквально, ибо перед очами Бога тысяча лет, как один день.

Нет никакого противоречия между Библией и наукой и в другом кардинальном вопросе о зарождении живых организмов на земле. И по Библии, и согласно науке, сначала появились менее совершенные организмы, а затем более совершенные и, наконец, царь природы – человек.

Что же касается древности мира, то это вопрос больше научный, чем религиозный. Предоставим науке заниматься вычислениями. Верующему человеку, быть может, любопытно знакомиться с этими вычислениями, но они не важны. Нам важно знать, что мир не вечен, что он вызван из небытия к бытию творческой силой превечного Разума или самобытной Причины.

Подробное повествование Бытописателя Моисея о творении человека, издревле называемого «малым миром» во вселенной, Церковь понимает в смысле историческом, а не так, как многие вольнодумцы, низводя описание этого величайшего Божественного акта творения на степень какого-то мифа. Повествование Моисея о сотворении сначала Адама, а потом Евы подтверждается в Новом Завете. Апостол Павел в первом послании к Коринфянам (гл. 11, 8) говорит: «не муж от жены, но жена от мужа». В этом же послании (гл. 15, 45-47) св. Апостол говорит: «Первый человек Адам стал душой живущей, а последний Адам (Христос) есть Дух животворящий. Первый человек из земли – перстный; второй человек – Господь с неба».

Православная Церковь на основании Слова Божия учит, что весь род человеческий произошел от Адама и Евы. Однако существуют враги такого учения. Одни из них – преадамиты – утверждают, что Адам не есть праотец человечества, но что до него существовали люди. Другие – коадамиты – заявляют, что вместе с Адамом было несколько родоначальников, а поэтому и люди произошли не от одного корня.

Весьма замечательно отметить, что в преданиях всех народов род человеческий производится от одной четы. Священное Писание ясно подчеркивает происхождение рода человеческого от Адама и Евы. По словам Моисея, когда Господь Бог творил мир и создал землю и небо, то не было еще человека для возделывания земли (Быт. 2, 5). Св. Евангелист Лука, подробно перечисляя родословную Иисуса Христа по человечеству, доходит до Адама, как прародителя и первого человека, который вышел из рук Самого Творца. В Деяниях Святых Апостолов мы читаем, что от одной крови Бог произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли (гл. 17, 26), а св. Апостол Павел в послании к Римлянам говорит, что «как одним человеком грех вошел в мир, и грехом (вошла) смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому-что в нем (т.е. в общем нашем прародителе) все согрешили» (гл. 5, 12).

Ссылка преадамитов на то, что Моисей в первой главе книги Бытия будто бы изображает происхождение первозданной четы иначе чем во второй главе, неосновательна для утверждения о двух разных творениях человека. Моисей в первой главе говорит вообще о творении мужа и жены. Во второй же главе он подробно рассказывает, как Бог создал Адама. Наше православное утверждение вполне подтверждается и словами пятой главы Бытия: «Сия книга бытия человека, в онь же день сотвори Бог Адама: по образу Божию сотвори его. Мужа и жену сотвори их» (ст. 1-2). Что же касается ссылки коадамитов на физиологию, на резкое различие людей по цвету, лицевому углу, то по свидетельству науки разности эти происходят от климатических условий, температуры, образа жизни. Разница в лицевом углу зависит от умственного развития и влияния развития мозга на строение черепа. К чести новой науки нужно сказать, что и она признает единство происхождения человеческого рода. Лингвисты все разнообразие языков сводят к трем классам – индоевропейскому, семитскому и малайскому, а некоторые из них возводят эти три класса к одному корню. Кроме того, по Библейскому учению «на всей земле был один язык и одно наречие» (Быт. 11, 1). Происхождение же различных языков объясняется смешением языков в наказание человека за его гордыню, как это описано в книге Бытия.

Согласно Библейскому учению, человек состоит из души и тела. Создав из праха земного тело Адама, Бог «вдунул в лицо его дыхание жизни и стал человек душою живою» (Быт. 2, 7). О двухсоставной природе человека говорит и Евангелист Матфей (гл. 10, 28), предупреждая нас – «не убойтесь от убивающих тело, души же не могущих убить; убойтесь же паче могущего и душу и тело погубить в геенне». Апостол Павел, обращаясь к христианам (1 Кор. 6, 20), поучает их – «прославьте убо Бога в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии».


V. Назначение, Первобытное Состояние и Грехопадение Человека

Если все развитие неорганического и органического мира было создано как бы во мгновение ока, всемогущими словами Творца – да будет! – то творение человека было особенным от создания всех других тварей. Перед сотворением человека, выражаясь нашим ограниченным человеческим языком, происходит как бы Совет во Святой Троице: «Сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему» (Быт. 1, 26). Самый процесс творения человека совершается так: (1) из праха земного Бог создал тело человека; (2) в тело первозданного человека Господь вдунул дыхание жизни; (3) указав на высокое назначение человека – быть царем природы, т.е. обладать землей и владычествовать над всеми тварями, Бог создал подобную первому человеку помощницу – жену.

Отмеченное еще Бытописателем Моисеем совершенное отличие души от тела подтверждается многочисленными свидетельствами Ветхого и Нового Завета. По учению премудрого Екклезиаста (12,7): и возвратися прах в землю, чем был, а дух возвратится к Богу, Который дал его. Псалмопевец Давид в поэтическом религиозном восторге высказывает свою надежду, что Господь не оставит души его во аде и не даст плоти его увидеть тление (Псал. 15, 10). Св. Евангелист Матфей предостерег, что мы должны особенно бояться тех, кто может и душу и тело наше погубить в геенне (10, 28).

Вместе с ясными свидетельствами полного отличия души от тела, в Св. Писании подробно описываются и все свойства души человеческой. Душа не только проста и невещественна, но она и свободна. Раз человеку даются заповеди, значит требуется и повиновение. Значит, может быть и неповиновение. Кроме того, за исполнение заповедей обещается награда. «Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди», – так ответил Господь богатому юноше на его вопрос: «что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?» Только будучи свободными, мы можем угодить Богу, ибо Бог, как Существо Всесвятое и Всесовершенное, не насилует свободной воли человека. Без свободы, по учению отцов Церкви, не может быть ни религии, ни нравственного закона, ни заслуг перед Господом.

Душа человека бессмертна. По разлучении с телом, душа возвращается к Богу, Который дал ее человеку. Когда земной наш дом, эта храмина тела разорится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный, – говорит Апостол Павел (2 Кор. 5, 1). По словам того же Апостола, не имея здесь, на земле, постоянного града, мы ищем будущего (вечного) (Евр. 13, 14).

Для православного человека необходимо также знать, в чем же различие образа и подобия Божия в душе человеческой.

Отцы Церкви это различие объясняют так: образ Божий дан в самой природе нашей души, в ее уме, вечно стремящемся к истине, в ее свободе воли, бессмертии и стремлении к добру, а подобие Божие в надлежащем развитии и усовершенствовании этих душевных качеств и сил человека, в делании добра и святости. Образ Божий мы получаем вместе с бытием нашей души, а подобие Божие мы должны приобретать сами, получив к тому от Бога все данные и полную возможность. Это различие между образом и подобием Божием указывается и в Св. Писании. Моисей в книге Бытия (1, 26) говорит: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему», а в 27-м стихе той же главы он говорит: «и сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину сотворил их». «Почему же не сказано во втором случае – и сотворил по образу и по подобию Своему?» – спрашивает Св. Григорий Нисский. Что же, обессилел Отец? Нечестиво так думать. Переменил намерение Совета во Святой Троице? Нечестиво так думать. О подобии не говорится во втором случае потому, что это подобие Божие мы сами должны в себе приобретать. Уподобляться Богу нам только дана возможность, но насилия для уподобления Ему Бог не творит, ибо это противно Его Божественной Святости и Совершенству.

Превознесши человека над всеми земнородными, даровав ему разум, свободу, украсив его Своим образом и всем качествами для свободного уподобления Ему, Творец предуказал человеку особо-высокое назначение во вселенной, а именно:

1. По отношению к Богу человек должен хранить верность завету или союзу Бога с человеком, постоянно стремиться к своему Первообразу и прославлять Бога в телах своих и в душах своих, которые суть Божии (1 Кор. 6, 20). Обращаясь к человеку, как к сосуду благоустроенному для прославления своего Творца, св. Василий Великий говорит, что для того человек и создан, чтобы быть достойным орудием славы Божией. Весь мир для человека как бы живая книга, которая проповедует славу Божию и возвещает имеющему разум о сокровенном величии Творца. «Надлежало, – говорит св. Григорий Богослова, – чтобы поклонение Богу не ограничивалось бы одними горними или небесными ангельскими силами, но были бы и долу некоторые поклонники, и чтобы все исполнилось славы Божией, потому-что все Божие, и для сего создан человек, почтенный рукотворением и образом Божиим».

2. По отношению к самому себе человек должен развивать и упражнять свои нравственые силы и все более и более уподобляться своему Первообразу, памятуя Св. Писание: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5, 48), прославляя Его своими добрыми делами.

3. По отношению к окружающей природе назначение человека определяется тем, что его, как царя природы, Бог создал последним. «Для него, как царя природы, – говорит Григорий Богослов, – надлежало приготовить обитель и потом уже ввести в нее царя в присутствии всех тварей». К таковому царственному назначению человек был сотворен со всеми необходимыми качествами. Из рук Творца вышел он добрым, свободным, невинным. Первые люди, замечает Бытописатель Моисей, оба были наги и не стыдились. Св. Иоанн Дамаскин объясняет этот верх бесстрастия полным равновесием духовного и телесного «я» в блаженном состоянии первых людей.

Но как бы совершенны ни были естественные силы человека, он, как ограниченное существо, не имел жизни в самом себе; он нуждался в постоянном подкреплении от Бога, и Бог проявлял Свое особое содействие в достижении человеком его высокого назначения. Насажденный рай во Эдеме (что значит – наслаждение), благоухавший вечно цветущими цветами, превосходил всякое представление высшего чувства красоты. Это была истинно Божественная страна. «Рай, – говорил св. Иоанн Дамаскин, – некоторые представляют чувственно, а другие – духовно, а мне кажется, что для человека, как духовно-телесного существа, рай был священнейшим храмом его бытия и чувственного и духовного. Телом человек водворялся в Божественной прекрасной стране, а душой первый человек жил в несравненно высшем месте, где имел своим домом и светлой ризой наслаждения сладчайшее созерцание Бога. Бог Сам беседовал с ним». Для упражнения воли в добре Бог даровал Свою благодать, которая, по свидетельству отцов Церкви, служила небесной одеждой и через нее Адам находился в общении с Богом. Для постоянного подкрепления и освящения телесных сил первозданного человека Бог насадил дерево жизни. Для упражнения и развития телесных сил Бог заповедал Адаму возделывать рай и Сам привел к Адаму всех животных. Для укрепления же в добре и послушании Господь Бог заповедал человеку, говоря: «От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2, 16-17).

Почему была необходима эта заповедь, спрашивают святые отцы и рассуждают так, отвечая на этот вопрос: свобода человеческая укрепляется не иначе, как действием согласно одному определенному правилу. Хотя в совести человека находится весь нравственный закон, но исполнение его возможно не иначе, когда представится к тому частный случай. Отсюда нужда в заповедех положительных. Кроме того, через свободное исполнение заповедей человек некоторым образом заслуживал себе блаженное состояние. Подчинение воли Божественной предохраняло его от опасности возмечтать о себе высоко и пасть великим грехом гордыни. Правда, данная заповедь кажется слишком не важною. Но в ней выражен весь нравственный закон нашего отношения к Богу и ближнему. «Этой заповедью, – говорит св. Иоанн Златоуст, – Бог хотел показать человеку Свое над ним владычество. (По отношению к природе человек – царь, но по отношению к Богу – он только разумно-управляющий на земле). Если бы Адам и Ева любили Господа, то они не нарушили бы Его заповеди. Если бы они любили ближнего, т.е. друг друга, то не поверили бы убеждение змиеву; они не совершили бы убийства над собой, потеряв свое бессмертие; они не совершили бы кражи, вкусив тайно от запрещенного плода; они не сделались бы причастными лжесвидетельству диавола».

Хотя змий, в котором был диавол, и был первопричиной прародительского греха, однако главной причиной в собственном смысле слова были сами прародители. Уже по ложному обращению змия, в котором сидел отец лжи – диавол, спросивший Еву: «Подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю» – Ева должна была уразуметь, что здесь кроется лукавство, и отвернуться от змия; но Ева даже рассказала заповедь Божию змию. И вот тогда-то искуситель еще с большей дерзостью начал лгать и утверждать совершенно противоположное тому, что говорил Господь.

Таким образом, Ева пала не по необходимости, а совершенно свободно, поверив змию, а за ней и Адам, злоупотребив свободной волей, тоже согрешил. Создав человека свободным, Господь дал ему для упражнения в добре и послушании самую легкую заповедь, выраженную со всей ясностью и огражденную страшной угрозой за нарушение, дав при этом все средства к исполнению этой заповеди. Значит, вся вина падения лежит на самих прародителях.

Важность греха прародителей заключалась не во внешности, а в нарушении духовной сущности и смысла самой заповеди, в нарушении безусловного послушания Богу – ослушанием. «Повиновение, – говорит Блаженный Августин, – есть мать и блюститель всех добродетелей. Прародители своим неповиновением нарушили весь нравственный закон». «Что могло быть легче этой заповеди, данной для упражнения свободной воли человека? – спрашивает Иоанн Златоуст. – Какое нерадение обнаружили прародители к этой заповеди! Вместо бесконечной и постоянной благодарности и смирения перед Творцом, человек ответил страшной гордыней и величайшей неблагодарностью». «Здесь, – говорит Блаженный Августин, – не только гордыня, потому-что человек захотел находиться во власти своей, а не Божией, но здесь совершилось и человекоубийство, потому-что свободно предал себя человек духовной и телесной смерти; здесь и любодеяние духа, ибо непорочность, девственность души человеческой нарушена убеждениями змия; здесь совершилась и кража плодов запрещенных; здесь и любостяжание, ибо возжелали большего, поддавшись на удочку дьявольской горделивой приманки – будете как боги, знающие добро и зло». По учению учителя Церкви – Тертулиана, здесь нарушено было все десятословие – все десять заповедей Божиих.

Великое грехопадение сопровождалось и великими погибельными следствиями падения. Первобытный союз Бога с человеком был расторгнут, благодать общения с Богом потеряна, наступила смерть духовная. Помрачение разума было так велико, что первые люди вздумали даже скрыться от Вездесущего.

Изгнание из рая
Изгнание из рая

С потерей невинности и с наклонностью ко злу, первые люди почувствовали себя более животными, чем духовными существами, и хотели спрятаться от себя, как животного существа при нарушенной гармонии между духовным и телесным «я», чего они раньше не замечалию Увлекая душу в страшные пожелания, говорит Василий Великий, грех исказил всю красоту образа Божия в человеке. Как монета, с испорченным на ней образом царя, теряет цену и золота, из которого она сделана, так и с искажением образа Божия в себе человек утратил в глазах Божиих свою прежнюю ценность и свое особое назначение вечного блаженства, бессмертия и бесконечного участия в Божественной славе Творца. Возжелав быть Богом, человек потерял и то, чтобы быть образом Божиим, говорит св. Макарий Велики.

Следствия падения отразились и на теле: болезни, скорби, изнеможение, смерть, а с изгнанием из рая – уменьшение или потеря власти над животными, которые раньше были рабами Адаму, а теперь звери «не знали его и возненавидели, как чужого» (Иоанн Златоуст). Созданная для наслаждения человека, а теперь проклятая в деле согрешившего человека земля стала действовать во вред благоденствию и спокойствию человека.

Откуда же взялось зло на земле, когда, по словам Бытописателя Моисея, «Бог закончил творить мир и увидел, что все, что Он сотворил, было хорошо весьма» (Быт. 1, 31)? Откуда взялся диавол, нарушивший блаженную и детски счастливую жизнь наших прародителей?

Грехопадению прародителей, отвечает св. Православная Церковь, предшествовало грехопадение в мире горнем или ангельском. И не будь грехопадения там, быть может никогда не свершился бы и скорбный акт грехопадения наших прародителей.


VI. О Нарушении Гармонии во Вселенной

Грехопадению человека предшествовало грехопадение, свершившееся в горнем или ангельском мире. По единодушному учению отцов Церкви, сначала пал великим грехом гордыни и непослушания Богу один из самых первых и совершенных ангелов, а затем этот первоверховный ангел увлек за собой и других, находящихся в его власти и подчинении, ангелов. Злоупотребив своей свободной волей, этот ангел пал великим грехом ума; он «не устоял в истине» (Ин. 8, 44) и с тех пор сделался лжецом и отцом лжи и человекоубийцей. Этот главарь среди всех злых духов, называемый диаволом, носит и другие, самые непривлекательные имена: искуситель, веельзевул князь бесовский, велиар, сатана, князь мира сего, а остальные злые и нечистые духи называется бесами, демонами, ангелами сатаны.

При уяснении сущности греха, каким пал первоверховный ангел, отцами Церкви высказываются два мнения. Одни говорят, что «завистью диавола смерть вошла в мир»; но другие, как например Григорий Богослов, говорят, что завистью диавола смерть вошла в земную блаженную жизнь первого человека. Падение же самого диавола совершилось через его гордыню. Отсюда и премудрый Сирах говорит, что начало греха – гордыня.

Гордыня диавола проявилась в безумном желании быть равным Богу, а по мнению некоторых отцов Церкви, гордыня диавола проявилась в желании стать даже выше Бога. Некоторые отцы говорят, что первоверховный, самый близкий к Богу ангел, узнав о том, что Второе Лицо Пресвятой Троицы – Сын Божий должен пострадать за грехи людей в будущем, не мог проникнуть в великую тайну искупления человечества и, усомнившись в Божестве Сына Божия, не восхотел поклоняться, а по мнению других – позавидовал Его преимуществу перед всеми ангелами. И действительно, Апостол Павел во втором послании к Солунянам (2, 4) изображает диавола противником Божиим. По учению того же Апостола, грядущий антихрист во всем своем безобразии и бесстыдстве обнаружит эту закоснелую дьявольскую гордыню, не знающую предела. Антихрист – этот человек беззакония и сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом, «сядет как Бог, в храме Божием, выдавая себя за Бога».

Падение в ангельском мире было неизмеримо более глубоким и дерзким, чем падение первых людей. Будучи бесплотными, духовными силами, свободными от всех искушений плоти, ангелы пали грехом гордыни, по ранее обдуманному плану дерзко восстав против Создателя. Не только главный, но и все последовавшие за ним ангелы пали так глубоко, что уже никогда не восстанут из бездны своей закоренелой гордыни. И диавол и все последовавшие за ним, не сохранившие своего достоинства, но оставившие свое жилище на небеси ангелы, по словам Апостола Иуды «блюдутся в вечных узах под мраком, на суд великого дня» (Иуд. 1, 6). Было время, до низвержения их с неба, когда можно было покаяться; но падшие ангелы не покаялись, и нет уже им возможности покаяния теперь. Св. Василий Великий говорит, что оставалась еще некоторая возможность для покаяния диавола пока не искушен был первый человек. Но вот произошло устроение вещественного мира, насажден рай, появился невинный и блаженный человек в раю, да еще с заповедью о послушании Богу. Вот тогда-то и увеличилась зависть диавола при виде блаженной жизни прародителей наших. Вместо покаяния возвеличилась гордыня и убиение духовное у диавола и была потеряна возможность покаяния навсегда. Вот почему частное мнение, высказанное Оригеном, что придет время, когда и диавол покается, было осуждено Вселенской Церковью, отрицающей всякую возможность «эволюции диавола и ангелов его».

В Св. Писании мы находим многочисленные свидетельства о несомненном существовании не только диавола, но и других нечистых духов и злых бесов или демонов, которых Господь и Его апостолы изгоняли из людей.

Есть среди них злые, но есть и «злейшие» (Лук. 11, 26). Когда семьдесят учеников вернулись с проповеди, они с радостью говорили Спасителю: «и бесы повинуются нам именем Твоим». Посылая двенадцать апостолов на проповедь, Господь и им дал власть над нечистыми духами.

Число падших ангелов, сделавшихся злыми духами, очень велико. Спаситель многих исцелял от злых духов и изгонял из них бесов, а из одного человека изгнал целый легион бесов. Некоторые отцы Церкви, основываясь на словах св. Иоанна Богослова, что «хобот (хвост) змия увлек за собой с неба третью часть звезд (ангелов) и поверг их на землю» (Апок. 12, 4), заключают, что диавол увлек за собой одну треть ангелов.

«Исперва согрешивший диавол» (1 Ин. 3, 8), очевидно, увлек за собой ангелов разных чинов и степеней, сохранивших за собой эти степени подчинения и после падения. Вот почему и Апостол Павел поучает нас «быть всегда во всеоружии Божием, чтобы стоять твердо против козней диавольских, против начальств, властей, против духов злобы поднебесных» (Ефес. 6, 11-12).

Итак, злых духов Бог не творил. Злые духи и творят злое не по своей первозданной природе, существу и назначению, а в силу своего свободного уклонения от послушания и подчинения своему Создателю, в силу приобретенной в грехопадении наклонности противиться Богу и всему, что дорого и свято в очах Божиих. Отсюда и св. Иоанн Богослов начало зла в мире приписывает исключительно диаволу, нарушившему вселенскую гармонию по попущению Всесвятого Творца, Который не насилует свободной воли Своих свободных тварей – ангелов и людей. Обличая неверующих иудеев, Спаситель сказал: «Вы – сыны отца вашего диавола, и похоти отца вашего хотите творить. Он человекоубийца был искони и во истине не стоит, т.к. нет в нем истины: когда говорит ложь, от себя (т.е. от своей искаженной гордыней природы) говорит, ибо он есть ложь и отец лжи» (Ин. 8, 44).

Однако, были и теперь находятся «мудрые и премудрые мира сего», которые находят более логичным допустить, что зло существовало от вечности и что, будто бы, вечно было два враждующих между собой начала: доброе и злое. При этом, одним дуалистам это совечное существование двух начал представляется так: злое начало, как бы оно сильно не было, всегда ниже доброго начала по своему могуществу. Другие же дуалисты считают эти два противоположных начала равносильными, вечно враждующими, а посему во всей вселенной и нет ни абсолютного добра, ни абсолютного зла, и все время то одно, то другое начало побеждает. Но в этой системе дуалистов много несообразного и логически противоречивого, а именно: если два начала были бы абсолютно равносильны, тогда они могли бы взаимно обессилить друг друга и тогда бы не было в мире ни добра, ни зла. Если же согласиться с первым мнением, что зло и добро не равносильны, то сильнейшее уничтожило бы слабейшее, и тогда в мире существовало бы – смотря кто сильнее – или одно доброе или же одно злое начало. Спрашивается, как же существуют эти начала? Ни одно в другом, ни одни возле другого они существовать не могут, как противоположные и взаимно разрушающие друг друга начала. Значит, если стать на точку зрения дуалистов, то придется допустить, что каждое из них занимает особую часть вселенной и оттуда наступают друг на друга??? Кто же назначил каждому началу область? Сами они этого не могли сделать, потому-что зло, согласившись с добром, или добро, согласившись со злом, уже перестали бы быть злом и добром. Следовательно, остается допустить, что не добро и зло, а Кто-то Третий, и при том имеющий силу и власть над этими началами, существует во вселенной. Вернее, выходит, что в мире есть Одно Высшее Начало, которому подчинено все в мире. Опять человеческий разум приходит к выводу, что есть Единый (Единственный) Бог. Что же касается добра и зла, то это уже есть проявление нисших, по сравнению с Богом, свободных начал, а именно: (1) добрых духов или ангелов, как служителей, послушных Богу, сотворенных добрыми Самим Богом, и (2) злых духов, т.е. диавола со слугами его, свободно падших и низверженных с неба.

Дуалисты говорят, будто бы их система помогает объяснить существование в мире зла, ибо невозмножно, чтобы зло происходило от добра.

Конечно, зло не произошло от добра, ибо как доброе может породить злое? Когда Бог сотворил мир, говорит Бытописатель Моисей, «увидел Бог, что все, что Он сотворил, весьма добро» (Быт. 1, 31). Значит, из рук Творца все вышло добрым, и зла в первое время не существовало. Зло появилось тогда, когда некоторые свободные твари отступили от естественного повиновения Богу и перешли в противоестественное существование без Бога и вне Бога. Быть же добрыми все свободные твари могут только пребывая в Боге, как абсолютном и реальном добре.

Что же касается грехопадения первого человека, то оно не было таким страшным и погибельным, каковым было грехопадение в горнем или духовно-бесплотном ангельском мире.

Падшие первые люди плакали, каялись, сознавали свою ошибку и страдали, что так оскорбили своего Создателя, а посему воля и разум первых людей могли снова получить другое направление в сторону добра, исправления и послушания Богу. Диавол самовольно пал, а человек сделался жертвой искусителя. Однако, и для падшего человека невозможно было восстать самостоятельно из глубины грехопадения без особой помощи Самого Творца и Создателя. Три страшных зла совершил падший человек: (1) бесконечно оскорбил грехом бесконечно Благого, беспредельно Великого, беспредельно Правосудного Создателя, и подвергся проклятию; (2) заразил грехом своим все существо свое; (3) произвел грехом гибельные последствия не только в своей человеческой природе, но и в природе внешней, а поэтому и для восстановления падшего человека и его спасения было необходимо: (1) удовлетворить Правосудие Божие; (2) уничтожить грех во всем существе человека, просветить его помраченный разум и волю, восстановить Образ Божий; (3) истребить глубокие последствия греха в природе человека. Кто же мог это сделать? Никто, кроме Бога.

Бесконечно великое оскорбление должно было покрыться бесконечно великой, умилостивительной жертвой. Воссоздать Образ Божий, исправить волю, разум, уничтожить грех в человеке мог только Единый без греха. Воссоздать поврежденную грехом природу человека, по учению Церкви, не могли ни ангелы, ни сам человек, а только Всемогущий Бог.


VII. Премудрое Домостроительство Спасения Рода Человеческого

Если раньше мы говорили о Боге, как Творце и Промыслителе в Его общем отношении к миру духовному и вещественному, то теперь мы будем рассматривать православное учение о Боге, как Боге, преимущественно нашем, т.е. нашем Искупителе, Спасителе, Освятителе и Правосудном Судье. Ведь христианство есть религия восстановленного союза Бога с человеком, нарушившем в своем грехопадении первобытный союз с Богом.

Вот почему не имевшее месте в первобытном, блаженном состоянии человека домостроительство спасения рода человеческого сделалось средоточием, сущностью и главным предметом проповеди апостольской: «Мы проповедуем Христа распятого, иудеям убо соблазн, эллинам же безумие, самим же званным (и уверовавшим) иудеям и эллинам Христа, Божию Силу и Божию Премудрость» (1 Кор. 1, 23-24). По свидетельству того же Апостола Павла, слово о кресте, которое для погибающих есть юродство, а для спасаемых сила Божия, сделалось альфой и омегой в Новом Завете. Домостроительство спасения рода человеческого буквально затмило ослепительной глубиной и красотой Божественной Премудрости всю ничтожность жалких измышлений и мудрствований возгордившегося и отошедшего от первоисточника Истины древнеязыческого мира, запутавшегося в противоречиях (что есть Истина?) и переживавшего страшный религиозно-нравственный кризис перед пришествием в мир Спасителя.

Рухнуло, как подгнившее, или на песке гордыни человеческой основанное, здание мудрости помраченного грехом ума человеческого перед учением о домостроительство спасения рода человеческого, открывшее бесконечные, совершенно новые горизонты для христиански-мыслящего человека при разрешении столь мучительно-трудных вопросов о смысле и конечной цели жизни человека на земле, которые с незапамятных времен волновали пытливый ум человеческий. При свете Христова учения, говорит Апостол Павел, даже самое простое, немудрое Божие явилось миру премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков. «Посмотрите, братие, – восклицает Апостол, – кто вы призванные, не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных; но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; незнатное мира и уничиженное, и ничего не значущее избрал Бог, чтобы упразднить значущее... От Него и вы во Христе Иисусе, Который сделался для вас Премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением. А посему хвалящийся хвались Господом» (1 Кор. 1, 25-31).

Излагая учение о Боге, как Спасителе мира, отцы Церкви делят это учение на две части: (1) о Боге, Спасителе в Самом Себе, т.е. как Единый Триипостасный Бог проявил Себя в нашем спасении и (2) о Боге Спасителе в Его особом, исключительном отношении к человеческому роду.

Дело нашего спасения и в Св. Писании и в учении отцов Церкви усвояется не только Второму Лицу Пресвятой Троицы – Сыну Божию, но и Богу вообще, как дело общее всех Лиц Пресвятой Троицы. Вот почему и Спасителем нашим называется Бог вообще. Апостол Павел называет себя апостолом Иисуса Христа по повелению Бога, Спасителя нашего, и Господа Иисуса Христа, надежды нашей (1 Тим. 1, 1).

Св. Церковь уделяет внимание и вопросу о границах и ценности человеческих усилий в деле нашего спасения. Хотя собственными силами человек не может спастись, однако для спасения своего он должен проявлять искренние усилия и жажду спасения своего при помощи свыше. «Несправедливо мнение тех людей, которые говорят, что будто бы человек совершенно неспособен ни к чему доброму», – говорит св. Макарий Египетский. «Младенец, хотя ничего не может сделать и сам не может прийти к матери, но он движется, кричит и плачет, ища матери. Мать сжалится над ним и радуется, что он ищет ее с таким усилием. И хотя дитя не может дойти до нее, она сама подходит к нему, побуждаясь любовью к дитяти, берет его на руки, прижимает к груди и кормит с великой нежностью. Так поступает и человеколюбивый Бог с обращающейся к Нему и ищущей Его душой» (Беседа 46-я). Как ни тяжелы усилия ко спасению со стороны самого человека – этого раба похотей и различных удовольствий, при его парализованной грехом силе воли и помраченном уме, – спасется он «не по делам праведности, нами сотворенным, а по исключительно всеблагой милости и человеколюбию Спасителя нашего Бога» (Тит 3, 4-5).

Таким образом, в спасении человека принимают участие все Лица Пресвятой Троицы, что вполне вытекает из самого догмата о том, что все Лица Пресвятой Троицы единосущны и нераздельны во всем, кроме личных свойств. Отсюда и спасение падшего человека совершается единым хотением Триединого Божества. В частности, отношение Св. Троицы к искуплению и спасению человека таково: Сын Божий пришел в мир и воплотился от Пресвятой Девы Марии, Отец послал Сына Своего Единородного в мир, а о Духе Святом предвещалось Деве, что «Дух Святой найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и раждаемое Святое наречется Сыном Божиим» (Лк. 1, 35). При крещении Господнем участвовали все Лица Пресвятой Троицы: здесь совершилось схождение Духа Святого на крестившегося Христа, и свидетельство Отца о Сыне Своем возлюбленном (Мф. 3, 16-17).

Об участии всех Лиц Святой Троицы в нашем спасении святитель Димитрий Ростовский говорит так: «Воплощение Бога Слова было благоволением Отца, осенением и действием Духа Святого, и соизволением Самого Слова (Второго Лица Пресвятой Троицы)».

В чем же заключалось значение избранного Богом средства для нашего спасения? Бог нашел для восстановления падшего человека такое премудрое средство, в котором, выражаясь поэтическим языком Псалмопевца царя Давида, «милость и истина встретились, правда и мир облобызались» (Псал. 84, 11). Что это значит?

Зашедшему в тупик всему гордому человечеству и особенно нам, именующим себя православными, особенно полезно вспомнить, как однажды нарушенная первородным грехом прародителей наших мировая гармония была снова восстановлена силой Премудрости Божией, с дарованной падшему человечеству полной возможностью спасения и возрождения. Когда созданные для бессмертной, счастливой и блаженной жизни первые люди, злоупотребив дарованной им свободой, согрешили, тогда Правосудие Божие требовало страшнейшего наказания и даже уничтожения этих неблагодарных тварей. Но ведь Бог не только Правосуден, но и Любвеобилен и Многомилостив. И вот, выражаясь нашим ограниченным языком, в Боге произошла как бы борьба между этими равносильными требованиями правосудного наказания и многомилостивого прощения. Казалось бы, с нашей человеческой точки зрения, нельзя найти примирение без компромисса и взаимных уступок, раз столкнулись два абсолютно равноценных по праву, но противоположных по их требованиям начала в Едином, Святом и Совершенном Боге. Но невозможное для ума человеческого было возможным для Бога. На помощь двум столкнувшимся и противоречащим началам приходит третье, совершенное, начало в Боге – Премудрость Божия. Эта Премудрость Единого и Триипостасного Бога еще до сотворения человека предвидела его падение. Тогда в совете Своей Единосущной Троицы, Всеведущий Бог от века предопределил послать в мир Второе Лицо Пресвятой Троицы – Сына и Бога Слова, чтобы Своими крестными страданиями и смертью Сын Божий удовлетворил оскорбленное Правосудие, а Своим унижением этот Агнец Божий, берущий на Себя все грехи мира, явил всему миру, видимому и невидимому, Божественную Всепрощающую Любовь. И вот, пророчески созерцая это премудрое домостроительство спасения рода человеческого, пророк Давид радовался, ибо его мысленному взору представилось будущее торжество из торжеств – день светлого Христова Воскресения, день явления Премудрости Божией во всей Своей полноте и красоте, когда Божии милость и истина встретились, а правда и мир облобызались, т.е. как бы расцеловались в момент их абсолютного примирения в Совершенном Боге.

Мог ли сотворенный человеческий разум, ограниченный, да еще помраченный грехом, додуматься сам до такого бесконечно премудрого плана спасения? Конечно нет. Только из Божественного Откровения мы узнаем эту «тайну сокровенную от веков и родов, ныне же (с пришествием Христа на землю) открытую святым Его» (Кол. 1, 26).

Но почему же именно Сын Божий, а не другое Лицо Пресвятой Троицы воплотилось и пострадало за нас? Св. Православная Церковь дает свой авторитетный ответ и на этот вопрос.


VIII. Переход Первородного Греха Прародителей на Род Человеческий и Пришествие в Мир Спасителя

Необходимость спасения рода человеческого средствами, избранными Самим Богом, тесно связана с православным учением о глубине падения прародителей наших Адама и Евы и о переходе их первородного греха на весь род человеческий. По учению св. Отцов Церкви, как от зараженного источника воды течет зараженная вода, так и все погибельные последствия первородного греха перешли на весь род человеческий. Вот почему со времен св. Апостол в церковной практике установилась необходимость крещения младенцев, не имеющих еще личных грехов, но очищающихся от первородного греха в святом таинстве Крещения.

И вот для восстановления природы человека, поврежденного первородным грехом, и потребовалась искупительная голгофская жертва пришедшего на землю Бога-Сына. Спрашивается, почему же именно Сын Божий – Второе Лицо Пресвятой Троицы, а не другое Лицо, должен был прийти на землю, воплотиться, пострадать за грехи людей, чтобы восстановить нарушенный Адамом и Евой первобытный союз Бога с человеком? Св. Отцы Церкви на этот вопрос отвечают так: (1) «Личные свойства Пресвятой Троицы неизменны. Сын есть Превечный Сын, а не Отец. Дух Святой есть Дух, а не Сын и не Отец, а посему именно Сын Божий делается Сыном человеческим, чтобы личное Божественное свойство пребыло неизменным» (Иоанн Дамаскин, Григорий Богослов); (2) «Не другому Лицу Пресвятой Троицы приличествовало избавить людей от происшедшей порчи, а Богу-Слову, Который сотворил их» (Афанасий Великий); (3) «Пришествие в мир Сына Божия для спасения человеческого рода соответствовало самому порядку Лиц Единосущной и Нераздельной Троицы: как сотворил все Отец через Сына в Святом Духе, так и восстановил все Отец Небесный через Сына в Святом Духе» (Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский, Блаженный Августин).

Всем же вопрошающим, почему Всеведущий Бог сотворил человека, зная, что наши прародители согрешат, св. Отцы Церкви отвечают, что Бог, конечно, до творения предвидел, что прародители наши утратят свое блаженно-невинное и бессмертное бытие, злоупотребив данной им от Бога свободой воли, а посему, в превечном и великом совете Пресвятой Троицы, на основании этого предведения было предопределено послать в мир Единородного Сына Божия, прежде век от Отца рожденного нетленно, от Девы воплощенного бессеменно, Христа Бога, для спасения людей от первородного греха, проклятия и смерти. Вся глубина этой премудрой истории домостроительства спасения рода человеческого прекрасно изложена в третьей и пятой песне рождественского канона. Только в свете Божественного плана домостроительства спасения людей мы можем понять, и правильно истолковать, и должное место человека во вселенной, и конечный смысл или разумную цель существования человека на земле. Не будем забывать, что Всеблагой Творец и Промыслитель дал нам и все необходимые качества души, чтобы мы могли постепенно приближаться к величайшему идеалу: быть совершенным, как совершен Отец наш Небесный.

Уже первым людям в раю, когда они плакали и рыдали после своего грехопадения, перед изгнанием из рая Всеблагим Создателем было обещано, что «Семя Жены сотрет главу змия», т.е. придет в мир Спаситель для возрождения падшего человечества.

Не сразу осуществилось это радостное обетование, данное первым людям после их падения. Много, много веков прошло с момента благой вести о явлении на землю Спасителя мира. Сколько за это время сменилось человеческих поколений! Сколько праотцев и отцов наших, живших верой и надеждой на явление Спасителя в мир, так и сошли в могилу, не дождавшись радостной встречи Спасителя.

Однако, вера в обещанного Спасителя, как путеводная звезда, светила среди мрака заблуждений и, как «Неопалимая Купина», горела и не сгорала в сердцах всех, вкусивших животворящую духовную сладость этой веры. Как величайшую драгоценность, как единственный и надежный якорь спасения, свято хранили веру в пришествие Спасителя мира древние патриархи, пророки, передавая перед своей смертью этот светоч надежды на грядущее спасение человечества новым избранникам и хранителям прадедной веры, пока, наконец, не пришла «кончина лета», т.е. Богом благословенный срок пришествия в мир Спасителя.


IX. Тайна Воплощения Сына Божия

Великое, непостижимое чудо воплощения Сына Божия является одной из самых изумительных тайн домостроительства спасения рода человеческого. «Великая есть благочестия тайна: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16) – восклицает св. Апостол Павел.

Неудивительно, поэтому, что так долго после грехопадения прародителей не приходил на землю Спаситель мира. Надлежало, говорят Святые Отцы, чтобы в течение многих веков человечество постепенно себя подготовило к восприятию и посильному пониманию этой тайны. Потребовалось много времени, чтоб люди, уразумев эту тайну, в то же самое время опытно почувствовали и всю глубину вредных последствий перешедшего на них первородного греха прародителей. Надлежало, чтобы зашедшее в страшный тупик своих заблуждений человечество осознало необходимость пришествия на землю Небесного Избавителя человечества от греха, проклятия и смерти. Надлежало, чтобы зараза греха, глубоко проникшая в духовно-телесную природу человека, постепенно вышла наружу для ее всецелого и совершенного исцеления искусным Врачом.

«Разумно ли человека, выросшего во тьме, никогда не видевшего света, сразу вводить в ярко освещенную комнату? – спрашивает св. Василий Великий. – Конечно нет. Такого человека надо постепенно приучать к свету, заставляя его видеть тени предметов, а в воде смотреть на отражение солнца, чтобы, приступив сразу к зрению чистого света, этот человек не омрачился. Вот так и Небесный Промыслитель о роде человеческом постепенно подводит его к восприятию и уразумению тайны искупления вочеловечившимся Сыном Божиим».

Смотрите, говорят Святые Отцы, с какой отечески-премудрой осторожностью подготовлял Бог людей к осуществлению этой великой тайны! Открывая Свое обетование, Бог называет Спасителя мира то «семенем жены», которое сотрет главу змия, то семенем Авраама, Исаака и Иакова, в котором благословятся все народы мира и которое будет примирителем и восстановителем нарушенного союза Бога с человеком.

После столь длительной подготовки к пришествию Спасителя, говорит Апостол Павел в своем постании к Галатам, «когда же пришла полнота времени (для осуществления долгожданного обетования о спасении человека), послал Бог Сына Своего (Единородного), рождаемого от жены, подчинившегося закону, чтобы искупить подзаконных, чтобы мы восприняли усыновление». Получив право опять называться сынами Божьими, люди, через искупительные заслуги Христа Спасителя, получили и право взывать к Богу: «Авва, Отче Ты наш!» А раз люди из рабов опять сделались сынами Божьими, это значит, что люди сделались и наследниками Божьими.


Х. О Божестве Иисуса Христа

Проследим внимательно, с какой любовью и благоговейной осторожностью подходит Вселенская Церковь к толкованию изумительно-премудрого учения о Лице Господа нашего Иисуса Христа, основываясь на всей полноте Священного Писания и Священного Предания.  И святые Апостолы, и непосредственные ученики Апостолов, и святые Отцы Церкви всех веков приняли и свято хранят во всей чистоте и неповрежденности эти Божественные слова Спасителя о Самом Себе и основанной Им Церкви.  Только благодаря этой всецелой верности Божественному учению Спасителя у святых Отцов Церкви и православных подвижников и учителей всех веков сохранилось изумительное согласие в этом вопросе.  Вот почему наш великий святой, Батюшка Серафим, веровал и понимал учение Христа так же, как в первом веке по Р.Х. понимали это учение святые Апостолы, слышавшие эти небесные истины из уст Самого Божественного Учителя.

 Для лучшего усвоения учения о Лице Господа нашего Иисуса Христа последуем примеру святых Отцов, подразделявших это учение на четыре части: (1) О Божестве Иисуса Христа; (2) О человеческом естестве Сына Божия; (3) О единстве Ипостаси (Лица) в Иисусе Христе; (4) О следствиях соединения двух естеств во Едином Лице Господа Иисуса Христа.

 Иисус Христос есть Истинный Бог, вечно раждающийся из сущности Отца, Единосущный и Единородный Сын Божий, Второе Лицо Пресвятой, Животворящей и Нераздельной Троицы, Бог Слово.  По свидетельству св. Иоанна Богослова: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.  Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть... И Слово стало плотью и обитало с нами, полное благодати и истины.  И мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца» (Ин. 1, 1-3; 14).

        Уже в Ветхом Завете Христос называется Господом Богом.  Особенно же ясно Он именуется Господом в Новом Завете (Ин. 1, 23); Эммануилом, что значит «с нами Бог» (Мф. 1,23); Основателем неба и земли (Евр. 1, 10); Наследником и Творцом, через Которого и веки сотворены (Евр. 1, 2).  Будучи превосходнее всех ангелов, Иисус Христос наследовал и столь славнейшее пред ангелами имя, ибо никому из ангелов Бог не сказал: «Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя» (Евр. 1, 5).

 Сам Иисус Христос неоднократно свидетельствовал о Себе, как равном Богу Отцу по Божеству.  Иудеи за то и искали Спасителя, что Он «называя Бога Отцом Своим, делал Себя равным Богу», или «Отец Мой доныне делает, и Я делаю»; «Как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет»; «Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца»; «Как Отец имеет жизнь в Себе Самом, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе» (Ин. 5, 17-26).  «Аз и Отец едина есма»; «Отец во Мне и Я в Нем» (Ин. 10, 30; 38).

        Иисус Христос, как Бог: (1) Вездесущ: «Никтоже взошел на небо, кроме сшедшего с небес Сына человеческого, Сущего на небесах»;  (2) Вечен: На вопрос иудеев, как же Ты видел Авраама, когда Тебе нет и пятидесяти лет, Спаситель ответил: «Прежде нежели был Авраам, Я есмь».  Идя на вольные страдания, Спаситель молит Отца: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира»;  (3) Спасителю свойственно ведение, равное ведению Бога Отца: «Все предано Мне Отцом Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть».

 Все Евангелисты начинают благовествование о Божественной природе Христа: Евангелист Матфей называет Спасителя Эммануилом, что значит «с нами Бог».  Евангелист Марк свидетельствует, как после крещения, когда Спаситель выходил из воды, Иоанн Креститель увидел «разверзающиеся небеса и Духа, как голубя, сходящего на Него.  И голос был с небес: Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение».  Евангелист Лука называет Спасителя Господом Богом, к Которому Иоанн Креститель обратит многих из сынов Израилевых.  Евангелист Иоанн Богослов говорит: «Бога никтоже виде нигдеже; Единородный Сын, Сый в лоне Отчи, Той исповеда».  Святой Апостол Иуда в своем соборном послании называет Спасителя «Единым Владыкой и Богом».  Апостол Павел называет Спасителя «Господом Славы», Который «не почитает хищением быть равным Богу», потому-что Спаситель есть «образ Бога невидимого, рожденный прежде всякой твари; ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли (т.е. все чины ангельские) – все Им и для Него создано».  И какими, после всего сказанного, жалкими потугами являются измышления еретиков, отрицающих Божество Христа.

 Вот почему Первый Вселенский Собор в Никее, в 325-м году осудил ересь александрийского священника Ария, учившего о тварности Христа, т.е. что Христос был сотворен Богом и хотя был выше человека и ангелов, но ниже Бога.  На этом соборе 318 епископов единодушно формулировали догмат о Единосущии Сына Божия с Богом Отцом: «Сына Единороднаго, иже от Отца рожденнаго прежде всех век, света от света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, имже вся быша».

 Когда же другой еретик – константинопольский патриарх Македоний, сделав вывод из ереси Ария, стал учить о тварности и Духа Святого, как о творении Сына и слуги Отца, Второй Вселенский Собор в Константинополе, в 381-м году, к Никейскому Символу о Божестве Сына добавил учение о Божестве и «Духа Святаго, Господа животворящаго, иже от Отца исходящаго, иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшего пророки».

 Будучи Истинным Богом, Иисус Христос после воплощения сделался и совершенным человеком, во всем нам подобным, кроме греха.


ХI. О Человеческом Естестве Сына Божия

 Иисус Христос, будучи совершенным Богом, вместе с тем есть и совершенный человек.  Единосущный Отцу по Божеству, Он единосущен нам по человечеству, как сын Пресвятой Девы Марии.

 В Ветхом Завете Спаситель-Мессия называется «семенем жены», потомком Авраама, Исаака, Иакова и Давида, долженствующим родиться от Девы; указывается даже место рождения в Вифлееме.

 В Новом Завете у Евангелистов Матфея и Луки дается подробное родословие Иисуса Христа.  Евангелисты также свидетельствуют о сверхъестественном, благодатном зачатии и рождении Иисуса Христа, воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечившегося.  Со всеми подробностями описывается, как Пресвятая Дева Мария спеленала Божественного Младенца и положила Его в ясли, и как пастухи нашли Младенца в яслях.  Тот же Евангелист Лука свидетельствует, как над Иисусом Христом было совершено обрезание (прообраз таинства Крещения в Новом Завете) и как Младенец возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на нем.

 Евангелист Марк повествует, как пришел Иисус Христос в Назарет и крестился от Иоанна во Иордане; как Христос посетил брак в Кане Галилейской и совершил первое чудо превращения воды в вино; как после воскрешения Лазаря приготовили Ему вечерю, и Марфа служила Ему, и Лазарь был одним из возлежавших на вечери с Иисусом Христом.

 Приходится только удивляться, как могли отрицать человеческую природу Христа еретики, которые уже в век апостольский стали утверждать, что Христос был только Богом, а тело у Него было мнимое, призрачное, кажущееся, ибо, рассуждали они, недостойно для Бога иметь плоть человеческую.  Еретики эти назывались «докетами», от греческого слова «казаться».  Некоторые из еретиков этого толка – валентиниане и манихеи – утверждали, что Христос потому прошел через утробу Девы, не изменив ничего, потому-что тело у Него было особое, прозрачное, скорее призрачное, чем действительное...

        Св. Евангелист Иоанн Богослов, написавший Евангелие против еретиков, отрицавших Божество Христа, написал также два Соборных послания против еретиков, отрицавших человечество Христа.  В первом своем Послании Евангелист Иоанн дает такой совет истинно верующим христианам: «Духа Божия и духа заблуждения узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога, а всякий дух, которые не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире» (1 Ин. 4, 2-3).  Во втором Соборном Послании св. Евангелист Иоанн Богослов еще раз как бы нарочито подчеркивает ту же мысль: «многие обольстители вошли в мир, не исповедающие Иисуса Христа, пришедшего во плоти.  Такой человек есть обольститель и антихрист» (2 Ин. 1, 7).

 В Священном Писании со всеми подробностями описываются страдания Спасителя, что нельзя допустить, если бы Он не был действительно человеком.

 Хотя Христос, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу по Своему Божеству, однако, как совершенный человек, во всем нам подобный кроме греха, Иисус Христос «уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек, смирил Себя, быв послушным даже до смерти, смерти же крестной» (Фил. 2, 6-8).  Сам Иисус Христос называл Себя человеком и Сыном человеческим.  Св. Апостол Павел говорит: «Един Бог, Един и Посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1 Тим. 2, 5).

 Истинное тело Спасителя было помазано к погребению миром.  Иосиф Аримафейский просит тело Иисусово для погребения, и Пилат приказывает отдать тело нашего Спасителя.  Воскресший Спаситель, явившись апостолам и видя их смущение, призывает их: «осяжите Меня и рассмотрите, ибо Дух плоти и кости не имеет, как видите у Меня.  Попросив пищи и взяв часть печеной рыбы, ел перед ними» (Лк. 24, 34-43).  Во время земной жизни естество человеческое у Спасителя нуждалось в пище.  После сорокадневного поста, напоследок Христос взалкал.  Спаситель подвергался усталости.  «Утрудившись от пути, Он сел у колодезя».  Он спал на корме перед укрощением бури по просьбе испугавшихся Апостолов.  Он ощущал боль и молился, говоря: «Отче! О, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня!  Впрочем не Моя воля, но Твоя да будет.  И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лук. 22, 41-44).  Тело Спасителя пострадало, вкусило смерть, было погребено и воскресло.

 Душа человеческая была в Нем, Спасителе нашем: «Душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною» (Мф. 26, 28).  На кресте, возопив громким голосом, Спаситель испустил дух.  По свидетельству св. Евангелиста Луки, Спаситель, возопив громким голосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой.  И сие сказав, испустил дух (Лк. 23, 46).

 Имея истинно-человеческую душу, Спаситель имел и истинно-человеческие душевные силы, а именно: (1) Ум человеческий.  Живя в Назарете, Спаситель преуспевал в премудрости и возрасте, и в любви у Бога и человеков; (2) волю: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты» (Мф. 26, 39); (3) чувство: Когда семьдесять учеников вернулись с проповеди и с радостью говорили: «Господи!  И бесы повинуются нам о имени Твоем» – в тот час возрадовался духом Иисус.  Перед воскрешением Лазаря, увидев плачущую Марию и плачущих иудеев, Христос Сам восскорбел духом, возмутился (прослезился).

 Святые Отцы Церкви, основываясь на Слове Божием, приводили соображения здравого разума в защиту истинно-человеческой природы Спасителя.  Раз Христос наш Ходатай перед Богом – Посредник, то Посредник должен быть в сродстве с Богом и людьми.  Если бы Христос имел сродство только с Богом, или только с людьми, то Он уже не мог быть истинным Посредником.  Будучи же Богочеловеком, Спаситель одинаково сделался Посредником в отношении к Богу и к человеку, так рассуждали св. Ириней и блаженный Феодорит.  «Мы не могли бы иначе познать Бога, как только через вочеловечившееся Слово.  Никто не мог возвестить нам об Отце, как только ипостасное Слово Его» – говорит св. Ириней, ссылаясь на слова Апостола Павла.  

Св. Ириней, в своем труде «Против Ересей» рассуждает так: «Мы не получили бы нетления и бессмертия, если бы не соединились с нетленным и бессмертным.  Но как бы мы могли соединиться с нетленным и бессмертным, если бы нетленный и бессмертный не соделался прежде тем, что и мы, дабы тленное наше поглощено было нетлением и смертное наше поглощено было бессмертием».  Так же, как и св. Ириней, рассуждали Святые Отцы: Григорий Богослов, Иоанн Златоуст и другие.

В первой части Православного Исповедания мы читаем, что хотя Христос истинный человек, т.е. произошел от людей по плоти и воспринял единосущное нам естество человеческое, однако произошел Он сверхъестественным образом, воплотился и вочеловечился от Духа Святого и Марии Девы.  Пренепорочная Матерь Его осталась по рождестве Приснодевою.  Дева, по-еврейски «алма», значит дева чистая, непорочная.  На вопрос Девы Марии, как это будет, когда я мужа не знаю, ангел Ей ответил: «Дух Святой найдет на Тебя и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и раждаемое святое наречется Сыном Божиим» (Лк. 1, 34-35).

Непоколебимое верование всей Вселенской Церкви, что родившийся от Девы Марии Спаситель «есть от Духа Святого», сохранилось во всех древнейших символах веры.  Это учение и верование было окончательно запечатлено на Втором Вселенском Соборе в Константинополе в 381 году.  На Третьем Вселенском Соборе в Эфесе в 431 году Отцы Церкви, осудив ересь Нестория, учившего, что от Девы Марии родился простой человек, а Бог-Слово соединился с ним только нравственно, а не физически, что Бог-Слово обитал в человеке духовно, как в храме, а посему и Христос был не Богочеловеком, а Богоносцем, а Пресвятая Дева – не Богородицей, а Христородицей – Отцы Церкви составили славословие в честь Богородицы следующего содержания: «Ты венец девства, Ты Мать и Дева.  О, чудо!  Приснодева и Присноотроковица!  Всем, кто называет Ее Христородицей, да будет анафема!  Она родила Того, Кто будучи Истинным Богом, в самый момент зачатия во утробе Ее воспринял в единство Своей Ипостаси, в единство Своего Божественного Лица естество человеческое».

Это непостижимо чудесное, сверхъестественное рождение Спасителя Отцы Церкви объясняют так: как первозданный Адам имел тленный состав свой из земли невозделанной, девственной, и был создан рукой Божией, Словом Божиим, которым все было, так и для того, чтобы восстановить в Себе падшего грехом Адама, Бог Слово раждается от девственной Марии и поистине избирает для Себя такое рождение, какое нужно было для восстановления падшего Адама (св. Ириней).  Св. Кирилл Иерусалимский говорит так: «Через деву Еву пришла смерть; через Деву же, или лучше из Девы долженствовала явиться и жизнь.  Ту Еву прельстил змий; сей Марии Деве благовествовал Архангел Гавриил».

Вселенская Церковь непоколебимо верует, что Пресвятая Дева Мария осталась Пречистой и Преблагословенной Приснодевой и по рождении Иисуса Христа, до конца Своей земной жизни.  Со времени Апостолов, во всех древнейших символах веры Божия Матерь величается Приснодевой и Присноотроковицей.  Второе правило Пятого Вселенского Собора в Константинополе в 553 году грозно предупреждает: «кто не исповедует Бога Слова, сшедшего с небес и воплотившегося от Святой, Преславной Богородицы и Приснодевы Марии, да будет анафема!»  Вселенская вера Церкви в приснодевство Божией Матери была подтверждена и Шестым Вселенским Собором в Константинополе в 680 году.

Иисус Христос, как истинный и совершенный человек, отличался от нас не только Своим сверхъестественным зачатием от Духа Свята, но и Своим совершенным безгрешием.  Иисус Христос «не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Петр 2, 22).  «Грядет бо сего мира князь, и во Мне не имеет ничего» – так сказал Спаситель о Самом Себе.  По словам Апостола Павла, «Его, не знавшего греха, Бог сделал для нас жертвой за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными перед Богом».  Апостол Петр в первом своем Соборном Послании говорит: «Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние времена для всех, уверовавших через него в Бога».



ХII. Тайна Соединения Божеского и Человеческого Естества в Едином Лице Господа Нашего Иисуса Христа

Человечество Иисуса Христа не имеет в Спасителе нашем особой личности, не составляет особой ипостаси, а воспринято Его Божеством в единство Его Божеской Ипостаси или Лица.

«Ипостась Бога Слова воплотилась, восприняв от Девы начаток нашего состава, т.е. плоть, одушевленную словесной и разумной душой, и через это восприятие плоти Сама Ипостась Бога Слова стала Ипостасью и плоти» – говорит св. Иоанн Дамаскин. «Ипостась Бога Слова» – продолжает рассуждать св. Иоанн Дамаскин, – «сделавшись Ипостасью двух естеств, не допускает, чтобы одно из естеств сделалось безъипостасным; но в то же самое время не позволяет двум естествам быть и разноипостасными между собой. Ипостась Бога Слова не бывает Ипостасью то одного, то другого естества, пребывая Ипостасью обоих естеств неразлучно, нераздельно. Иисус Христос есть единое Божеское Лицо, единолично сознающее Себя в двойстве Своих естеств. Христос есть истинный Эммануил-Богочеловек».

Вот почему и Священное Писание называет Иисуса Христа, как единое Лицо, то Богом, то человеком, то Сыном Божиим, то Сыном человеческим. Отсюда становится понятным, почему Христу, как Богу, иногда приписываются свойства человеческие, а как человеку, свойства Божеские.

Апостол Павел, говоря о Христе как Боге, мыслит Его человеческое естество, а говоря о Нем как человеке, мыслит Его Божество: «Мы проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей, которую никто из властей века сего не познал, ибо если бы познали, то не распяли бы Господа славы» (1 Кор. 2, 7-8). В Деяниях Апостольских (3, 14-15) мы читаем: «Вы от Святого и Праведного отреклись, и просили даровать вам человека-убийцу, а Начальника жизни убили; Сего Бог воскресил из мертвых, чему мы свидетели».

Так как Бога нельзя распять и Начальника жизни, т.е. Бога, нельзя убить, то посему Господь Бог, Спаситель наш, будучи в то же время и человеком, Церковь Свою стяжал Своей кровью. Все это говорит о соединении двух естеств в одном Лице Господа нашего Иисуса Христа. Только при органической целостности двух естеств – Божеского и человеческого – в едином Лице Господа можно понять, как Бог – Абсолютное Духовное Начало – стяжал Себе Церковь Своею кровью. Только при единстве Ипостаси или Лица в Иисусе Христе становится понятным, как Сын человеческий (Спаситель), родившийся в царстве римского кесаря Августа, существовал «прежде даже Авраам не бысть».

Что Божеское и человеческое естество во Христе пребывают нераздельной единой Ипостасью, об этом ясно свидетельствует Слово Божие:

Евангелист Иоанн Богослов говорит: «И Слово стало плотью и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца (Ин. 1, 14).

В послании к Филиппийцам (2, 6-8) Апостол Павел свидетельствует, что «Христос, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу, но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, следавшись подобным человекам и по виду став, как человек, смирил Себя, был послушным даже до смерти, и смерти крестной». Толкуя эти слова, св. Кирилл Александрийский говорит, что здесь ясно проповедуется мысль о совершенном единстве Ипостаси в Иисусе Христе. Апостол не сказал бы, что Тот же Самый, Который находится в Образе Божьем, т.е. имеет естество Божеское, принял зрак раба, если бы во Христе было два лица.

Толкуя слова Апостола Павла: «Егда же прииде кончина лета (т.е. полнота, исполнение времен), посла Бог Сына Своего (Единородного), раждаемого от жены, бываема под законом» (Гал. 4, 4), св. Иоанн Дамаскин и св. Кирилл Иерусалимский говорят: «Не сказано ‘через жену’, а ‘от жены’; т.е. не вселился Бог в человека, наперед созданного, но Сам существенно и истинно сделался человеком; Сам стал для плоти ее Ипостасью».

Итак, по учению Православной Церкви, человечество во Христе не получило особой ипостаси, не составило самостоятельной личности, а воспринято Божеством в единстве Его Божеской Ипостаси, т.ч. и по вочеловечении Он остался Сыном Божиим, Вторым Лицом Св. Троицы.

Да и с точки зрения здравого смысла никак нельзя согласиться с еретиком Несторием, разделявшим Христа на два лица, потому-что, если бы Сын Божий, Бог Слово соединился со Христом-человеком только нравственно, а не физически, и обитал во Христе, как прежде в Моисее и других пророках, то тогда бы и воплощения Сына Божия не было бы в строгом смысле этого слова, и тогда нельзя было бы сказать, что «Слово плоть бысть», как свидетельствует Евангелист Иоанн Богослов; нельзя было бы сказать, что Бог послал Сына Своего, рождаемого от жены.

Но несмотря на очевидную истину соединения Божеского и человеческого естества в едином Лице Господа нашего Иисуса Христа, нашлись люди, которые в своем стремлении мудрствовать о Боге более, чем подобает человеку мудрствовать, и увлекаясь доказательством, что у Христа было два естества, стали утверждать, что у Христа было и два лица. Появился еретик Несторий – патриарх Константинопольский, который стал доказывать, что родился от Девы Марии простой человек, а Бог Слово соединился с ним только нравственно, а не физически.

Осудив ересь Нестория на Третьем Вселенском Соборе в Ефесе в 431 году, Отцы Церкви составили особо славословие в честь Пресвятой Богородицы и анафематствовали всех, называющих Ее не Богородицей, а Христородицей или человекородицей.

Против ереси Нестория, допускавшего два лица в Иисусе Христе, вооружился архимандрит Константинопольского монастыря Евтихий, и так увлекся в своих доказательствах единства Ипостаси во Христе, что слил и два естества (Божеское и человеческое) в одну природу, положив начало ереси монофизитов, учивших, что у Христа Божество поглотило человечество, т.е. что у Христа была одна только Божеская природа, и что на кресте было распято и страдало одно Божество под кажущимся видом плоти.

Дабы положить конец такому страшному заблуждению, Четвертый Вселенский Собор в Халкидоне в 451 году ясно формулировал учение о Лице Господа Иисуса Христа в следующих словах: «Последуя Божественным Отцам, все единогласно поучаем исповедать Единого и Того же Сына, Господа нашего Иисуса Христа, совершенного в Божестве и совершенного в человечестве: истинно Бога и истинно человека; Единосущного Отцу по Божеству и Единосущного нам по человечеству, по всему нам подобного, кроме греха; рожденного прежде век от Отца по Божеству, в последние же дни, ради нас и ради нашего спасения, от Марии Девы Богородицы по человечеству, Единого и Того же Христа, Сына, Господа, Единородного, в двух естествах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемого; не на два лица рассекаемого или разделяемого, но Единого и Того же Сына Единородного Бога Слова, Господа Иисуса Христа, как древние праотцы о Нем и как Сам Господь Иисус научил нас».

Итак, вопреки заблуждениям тех, кто разделял Иисуса Христа на два лица, в едином Лице Иисуса Христа два естества соединены нераздельно и неразлучно, а вопреки заблуждениям тех, кто учил, что Божество поглотило человечество в Иисусе Христе, Церковь учит, что два естества соединены неслитно, неизменно и непреложно.

Да и с точки зрения здравого смысла, Божество не может измениться, а человеческая плоть слишком слаба и ограничена, чтобы себе подчинить Божество. Только при совершенной их целости, сохранности и неизменности могло совершиться наше спасение: пострадать на кресте Бог мог только человечеством, а сообщить бесконечную цену Его страданию могло только Божество. Божеское и человеческое естество соединилось в единую Ипостась Спасителя с момента зачатия Его в утробе Пресвятой Девы Марии. Эти два естества никогда уже больше не разлучались и не разлучатся. Христос воскрес плотью, вознесся плотью на небо и снова явится, как Сын человеческий, судить мир, как говорит Слово Божие: «Когда же приидет Сын человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей» (Мф. 25, 31).

Каким образом два естества соединились в едином Лице Богочеловека; каким образом Иисус Христос, совершенный Бог и совершенный человек, остается единым Божественным Лицом, – это, конечно, непосильное для понимания ограниченным умом человеческим величайшее сверхъестественное чудо из чудес, пред которым св. Апостол Павел во смирении своем восклицает: «Велика есть благочестия Тайна: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16).


ХIII. Торжество Православия

 Седьмым Вселенским Собором в Никее, в 787 году, закончилась славная эпоха Вселенских Соборов.  Памятуя грозное предупреждение Апостолов: «Если мы или ангелы с неба благовествуют Вам более, чем мы благовествовали, анафема да будет» – Святые Отцы семи Вселенских Соборов все устремление своей богословской мысли направили не на «открытие» новых, чуждых Христовой Церкви, догматов, а на благоговейное и тщательное истолкование, в свете Священного Писания и Священного Предания, глубинных основ вероучения Спасителя, сохранившегося  и свято оберегаемого в первобытной древне-апостольской Церкви.

 На Седьмом Вселенском Соборе был установлен и чин Торжества Православия, совершаемый в первый воскресный день Великого Поста, в Неделю Православия.  Торжество Православия – это явление миру Православия в его целом, как всей полноты Христовой Истины.  Это единственный в году день громогласного и открытого свидетельства самой Церкви о сохранении в ней чистого и полноценного вероучения Христова.

 Провозглашением анафемы всем еретикам и лжеучителям при совершении чина Православия, Святая Церковь фактически только подтверждает то, что случилось у еретиков, уже отлучивших самих себя от Церкви в самый момент совершившегося у них заблуждения, и предупреждает верных чад, чтобы они знали, кто сам добровольно вышел из церковной ограды, лишив себя права именоваться православным.  Само слово «анафема» происходит от греческого глагола «анатэмно», что значит режу, отсекаю.  Таким образом анафема означает: «Да будет отлучен!»  

 Мы – русские – приобщились древне-апостольской Вселенской Церкви, унаследовав ее учение от греков,  в 988 году при Крещение Руси св. Князем Владимиром.  К нашему счастью это было время, когда единая Восточная и Западная Вселенская Церковь еще торжествовала свою победу над всеми еретиками.

 Но не так долго наслаждалась единая Вселенская Церковь этой победой.  В 1054 году свершился факт разделения церквей, уходом Западно-Римской Поместной Церкви из лона единой Святой, Соборной и Апостольской Церкви.  Но нужно помнить, что Православие – это не одна из разновидностей христианских исповеданий, как многие ошибочно думают.  Православие – это абсолютная полнота Божественного учения, принесенного на землю Спасителем мира.  

Православная Церковь – это законная наследница первобытной древне-апостольской Церкви и славной эпохи Семи Вселенских Соборов.  Только в этой Церкви хранится вся чистота и глубина Церкви Бога Живаго, и ей одной принадлежит обетование Спасителя: «Вот Я с вами во все дни до скончания века: Аминь» (Мф. 28, 20).

Истинному Православию совершенно чуждо современное объединенческое движение, известное под названием экуменизма, мечтающего в слиянии всех христианских группировок якобы найти полноту Христовой Истины.  Разве можно мечтать о создании какой-то новой, модернизированной и реформированной церкви, когда для Вселенской Церкви, как здания Божия, «никто не может положить иного основания, кроме лежащего, которое есть Иисус Христос» (1 Кор. 3, 11).  Вот почему святая Православная Церковь строго и безоговорочно запрещает иметь молитвенное, а тем более литургическое и евхаристическое общение со всеми, кто не являются чадами Вселенской Церкви.  Церковь запрещает нам иметь молитвенное общение даже с теми, кто, «обладая Истиной, содержат ее в неправде», т.е. в более или менее ущербленной или искаженной форме (Рим. 1, 18).

Запрещая молиться вместе с еретиками, Церковь однако не запрещает молиться за них. Св. праведный Иоанн Кронштадский, например, молился за иудеев, мусульман и прочих инославных по их просьбе, совершая чудеса исцеления силой Божественного Животворящего Православия.

Профессор Г.А. Знаменский


Страничка настоятеля    Богослужения    Наша церковь    Пишите нам
Преображение    Духовная поэзия    Библиотечка
Вверх

© 2009 Церковь Преображения Господня.